Согласно многим официальным и неофициальным рейтингам, Днепропетровская областная госадминистрация занимает лидирующие позиции по ряду показателей: по масштабам строительства и реконструкции школ, детских садиков, дорог, больниц. По данным сайта «Слово и дело», губернатор Валентин Резниченко относится к тем главам областей, у которых количество данных обещаний стремится сравняться с количеством выполненных, сообщают «ФАКТЫ».
Особое место в работе Днепропетровской облгосадминистрации занимает внедрение инклюзивного образования. Его цель состоит в том, чтобы обеспечить детям с особыми потребностями (инвалидам) возможность учиться в общеобразовательных школах со сверстниками. Для этого необходимо создать им условия, без которых пока многие особые дети не могут не то что учиться в обычных школах, но даже физически в них попасть.
Юрий Голик — советник губернатора Днепропетровщины Валентина Резниченко. Именно благодаря их усилиям область активно внедряет инклюзию. Совместно с первой леди Украины и председателем Фонда Порошенко Мариной Порошенко они реконструируют школы таким образом, чтобы особые дети здесь чувствовали себя полноценными.
Юрий Голик рассказал «ФАКТАМ», как это сделать и почему это важно не только для детей и их родителей, но и для страны в целом.
— Буквально на днях первая леди Марина Порошенко назвала Днепропетровскую облгосадминистрацию под руководством Валентина Резниченко лидером по внедрению инклюзивного образования. Она публично сказала об этом во время Всеукраинского совещания по вопросам инклюзивного образования, где присутствовали президент Украины, члены правительства, парламента, главы других областей и, конечно, дети с особыми потребностями и их родители. Что значит быть лидером инклюзии? Как ее описать качественно и количественно, чтобы читатели могли представить инклюзию?
— Я бы рекомендовал увидеть это своими глазами. Но если нет такой возможности, то представьте себе, что в самом начале процесса внедрения инклюзии всего четыре ребенка с особыми потребностями получали образование по этой системе, а сегодня их 860.
У нас в области около тысячи школ, и в 225 из них уже внедрена инклюзия. Дальше будет больше. Валентин Резниченко поставил задачу сделать инклюзивными все школы без исключения.
— Это реально?
— Более чем реально. Если мы за два года проделали такую работу, то дальше будет больше и лучше.
— Что представляет собой школа с инклюзивным образованием?
— Во-первых, когда мы реконструируем школы, то оставляем от них лишь стены и адрес, а все остальное создается с нуля — это яркий жизнерадостный дизайн, теплые фасады, альтернативные котельные, удобная мебель, интерактивные доски, зоны отдыха, новая кухня, которая готовит вкусную еду, а не ту, что нам готовили в моем детстве. Но все это не только для особых детей, а для всех, потому что внимания заслуживают все дети без исключения.
И уже в процессе проектирования мы думаем об особых детях. Для них все школы и садики Днепропетровская облгосадминистрация оснащает пандусами, подъемниками, безбарьерным входом, ресурсными комнатами, медиатеками.
Помимо этого, по программе Фонда Порошенко, утвержденной Министерством науки и образования, учителя и воспитатели обучаются работе по методикам инклюзии. Школы и садики получили новых специалистов: психологов, ассистентов учителей, ассистентов особых детей.
* На Днепропетровщине в последнее время при участии Марины Порошенко открыли 71 медиатеку, где есть много книг, игр, компьютеров, а также 51 ресурсную комнату, где работают психологи, реабилитологи, дефектологи
— Говорят, что вы являетесь большим противником пандусов, вместо них предлагаете строить подъемники. Почему?
— Есть несколько причин.
Во-первых, пандус — это громоздкая конструкция, которую не везде можно построить. Если вы бывали в Европе, где очень много средневековых строений и зданий конца XIX — начала XX века, то к ним пандус не пристроишь. Поэтому там делают подъемники — инвалид на коляске сам может простым нажатием кнопки подняться и спуститься.
После того как я об этом рассказал одному своему знакомому, он вскоре побывал в Бельгии. Там у входа в один из музеев, находящийся в старинном здании, увидел не пандус, а подъемник, и прислал мне фотографию, которая подтверждает то, что я говорю.
Во-вторых, на коляске очень трудно подняться вверх по пандусу. Для этого нужно иметь очень крепкие руки. Чаще всего пандус предполагает, что кто-то здоровый будет толкать коляску вверх.
В-третьих, почему-то принято считать, что если государство сделало пандус, то оно уже молодец и на этом его миссия закончена. Мало кто думает о том, как человек на коляске затем откроет дверь и преодолеет порог. Но ведь кто-то должен двери открыть и помочь преодолеть высокий порог. Вот именно поэтому мы делаем беспороговые въезды во всех школах, где это возможно.
А в Солонянской школе мы построили подъемник не только у входа в здание, но и внутри, чтобы можно было подняться на второй этаж. Более того, построили подъемник на сцене актового зала.
Чтобы ваши читатели оценили значимость проделанной работы, подумайте над тем, что в этом селе живет всего 3500 человек. То есть по сложившейся традиции такое село обязано быть всеми забытым и никому не нужным. Но тут школа приведена в порядок и в ней есть подъемники для детей, которые в прежние времена сидели бы дома и не имели бы возможности общаться со сверстниками. Кем бы они потом выросли? Замкнутыми, неуверенными в себе. Теперь же они могут ходить в школу там, где живут, и выступать на сцене школьного театра. Причем подняться на сцену могут самостоятельно — с достоинством.
— Как много в вашей работе по внедрению инклюзии личного отношения?
— У меня и Валентина Резниченко буквально все, что мы делаем, личное. Мы сами хотим ездить по хорошим дорогам, поэтому делаем хорошие дороги. Мы всегда думаем, отдали бы своих детей в ту или иную школу или детский сад, поэтому делаем такие школы и садики, куда бы отдали своих детей. Мы хотим приводить своих детей в ухоженные парки, поэтому строим хорошие парки, в том числе с элементами инклюзии. Один из них мы построили прямо за зданием облгосадминистрации. Это был один из первых таких проектов.
Идея создания парка состояла в том, чтобы особые дети выходили на прогулку с родителями и могли здесь поиграть без всяких препятствий. Например, мы сделали качели для детей на инвалидных колясках, установили развивающие и развлекательные элементы, к тому же они интерактивные.
Этот парк мы делали совместно с Мариной Порошенко и привлекли хорошего местного архитектора Сергея Дербина. Задача перед Сергеем стояла непростая, потому что в Украине, да и в мире, таких проектов еще не было. Когда он начал работать над проектом, обнаружил, что производители игровых комплексов позаботились о безбарьерности, но не подумали об инклюзии, то есть о детях, которые имеют физические ограничения. Поэтому Сергей встречался с родителями особых детей и с самими детьми, чтобы понять, что можно для них сделать.
Сейчас наши инклюзивные проекты внедряем в больших масштабах, поэтому к нам часто приезжает Марина Анатольевна. За последнее время с ее помощью мы открыли 71 медиатеку, где есть много книг, игр, компьютеров, а также 51 ресурсную комнату, где работают профильные специалисты: психологи, реабилитологи, дефектологи.
Марина Порошенко на днях посетила инклюзивно-ресурсный центр в реконструированной части Магдалиновской опорной школы. В этой школе мы оборудовали отдельный вход для детей с особыми потребностями, крыльцо с пандусом, зал лечебной физкультуры. В ресурсной комнате создали условия для отдыха: здесь есть игрушки и мягкие пуфы.
Из госбюджета Днепропетровская облгосадминистрация получила субвенцию на создание инклюзивно-ресурсных центров по всей области. Так что инклюзивное образование будет в каждой школе без исключения.
* В одном из созданных в Днепре парков для детей с особыми потребностями установили развивающие и развлекательные элементы, к тому же они интерактивные
— На самом деле об инклюзии мы все узнали недавно, а многие все еще не знают, что это.
— Да и сам президент Петр Порошенко как-то признался, что еще четыре года назад не знал об инклюзии, пока Марина Анатольевна не занялась этой темой. Теперь это слово знают все чиновники, от которых зависит внедрение инклюзии. И в Министерстве образования, и губернаторы работают над этим.
Более того, многие родители особых детей тоже не знали о методологии включения в современное общество людей с инвалидностью, потому что привыкли к тому, что они не нужны государству, учителям, воспитателям. У нас еще со времен «совка» все знают, что если родился ребенок с физическими отклонениями, то это горе для семьи и трагедия для ребенка. На нем ставили жирный крест. Но мы же в XXI веке живем, так не должно быть!
— По вашим наблюдениям, как меняется отношение педагогов и людей вообще к инклюзии, к тому, что особых детей в обычных школах стало больше?
— Губернатор Резниченко как-то сказал, что рост количества детей с особыми потребностями, которые уже обучаются по системе инклюзивного образования в нашей области, говорит о том, что в обществе есть толерантность к таким деткам. Это значит, что у нашей страны есть будущее.
А президент отметил, что инклюзия в образовании — залог нашего единства, которое начинается еще в школе. И он прав — все начинается с детства. Если ребенок с какими-то физическими недостатками не имеет возможности выйти в мир, то мы его потеряем как гражданина и личность. Впоследствии можем потерять и страну.
Помню, когда был школьником, то зачастую думал: ну чего я должен хотеть идти в школу, ведь там уныло, серо, там заставляют есть эти ужасные булочки и пить чертово топленое молоко, там учителя, которые стучат указкой и орут? Чему они меня могли научить? И почему после этого я должен любить свою страну, а не мечтать поскорее повзрослеть и уехать? Хорошо, что у меня были учителя, на уроки которых хотелось ходить. Но я знаю, что бытие определяет сознание. Если учителю создать нормальные условия, то он по-другому будет относиться к своей работе и к ученикам.
* По словам Юрия Голика, в Днепропетровской области инклюзивное образование будет в каждой школе без исключения
— И учителя уже это делают?
— Многие педагоги воспряли духом, потому что впервые за долгие годы мы создаем им достойные условия для работы. В школах и полы ровные, и мебель хорошая, и стены не серые и унылые, и территория вокруг школы в порядке — газоны, плитка.
Правда, случаются странные ситуации. Я лично участвую в движении под названием буккроссинг. Его смысл в том, чтобы делиться книгами бесплатно. Я и мои коллеги покупаем много книг и дарим их школам, больницам. Мы заказываем тысячи книг в издательстве «Фолио» и делаем красивые книжные полки. Все просто — берите книги и читайте. Можете забрать их домой. Это лучше, чем смотреть телевизор.
Но однажды я приехал в одну из реконструированных нами школ и увидел, что книжные полки пусты. Я даже обрадовался, потому что подумал, что их разобрали дети. Я тут же по телефону заказываю новые книги. А потом от директора школы узнаю, что это она их спрятала, чтобы дети не растащили книги по домам. Но в этом же и весь смысл — читать! Зачем их прятать?
Другой случай произошел в детском садике. Мы его построили с нуля, оборудовали полы с подогревом. Но директор садика отключила подогрев, чтобы сэкономить на электричестве. Знаете, что самое удивительное в этой истории? На крыше данного детсада стоят солнечные панели, и они дают около 30 процентов экономии электроэнергии. Еще раз хочу подчеркнуть, о чем речь: село в Днепропетровской области — современный детский садик — полы с подогревом — солнечные панели. Вы можете это осознать? Это не сон, это реальность. Но пользоваться этим еще предстоит научиться.
Дмитрий Тумилович, специально для «ФАКТОВ»