Попаснянка Виктория Радченко верит в то, что ее сын Владислав сможет полностью справиться с симптомами аутизма. Похожие проявления аутистического расстройства имели Альберт Эйнштейн, Чарльз Дарвин, Вольфганг Амадей Моцарт и многие другие гении. Мальчик с отрешенным взглядом в 13 лет уже гордится своими достижениями: умеет умножать и делить в уме трехзначные числа, самостоятельно научился наигрывать несложные мелодии на фортепиано и занял третье место в Луганской области по игре в шашки, пишет Попасная.City.
Этот материал – часть интерактивного медиасериала на Свои.City. Мы собрали 8 историй о семьях с востока, которые воспитывают детей с инвалидностью. Они рассказывают о победах и проблемах, с которыми сталкиваются ежедневно. Смотрите видео и знакомьтесь с нашими героями.
О том, как узнали о диагнозе
То, что ее сын отличается от других, Виктория Радченко заметила, когда ему было 2,5 года. Мальчик не отзывался на имя, не разговаривал, боялся большого скопления людей, а иногда просто игнорировал ее просьбы. До шести лет попаснянка пыталась самостоятельно социализировать сына, ведь врачи не могли поставить четкий диагноз, называя особенности поведения гиперактивностью.
В надежде на то, что Владу поможет общение со сверстниками, мама отдала его в детский сад. Но это только усугубило ситуацию – ребенок еще больше «ушел в себя», болезненно реагируя на попытки детей поиграть с ним. Профессор медицины на обследовании в Луганске выявил у ребенка симптомы аутизма и объяснил, что этот диагноз вызван особым развитием некоторых отделов головного мозга.
«Были страх, растерянность, отчаяние. Я просто не знала, как мне жить дальше, как вести себя с ним. Сможем ли мы выйти из этого состояния», – вспоминает свои эмоции мама мальчика.
Груз ответственности за будущее сына полностью лег на ее плечи. С отцом двух своих сыновей она развелась еще тогда, когда Влад был младенцем. По словам Виктории, жизнью своих детей он и по сей день не интересуется.
Неоднократно женщине приходилось сталкиваться с непониманием окружающих. Ее упрекали в том, что она не смогла хорошо воспитать своего сына. Никто из них не предполагал, что он страдает аутизмом. Эти замечания снижали самооценку мальчика. Состояние, из которого всеми силами его вытягивала мама, вновь возвращалось.
О военных действиях
Семья Радченко проживает в микрорайоне «Черемушки», который больше всего пострадал от обстрелов. Грохот от взрывов, как не парадоксально, принес большую моральную травму скорее Виктории, чем ее сыновьям.
«Я думала, что будет хуже. Но Влад повел себя как взрослый, и меня успокаивал, когда я плакала. Наверное, этот стресс стал для него толчком к взрослой жизни», – рассказывает попаснянка.
Центры реабилитации и помощи в развитии детей с инвалидностью в Попасной открыли только в 2017-м. До этого времени Виктория сама была для своего сына реабилитологом и психологом.
«Он очень любит природу. Я ему объясняла, какие есть листочки, цветочки. Говорила, чтобы он слушал пение птиц. Иногда приходилось поворачивать за плечики к себе, чтобы он просто посмотрел на меня, так как дети с аутизмом не любят смотреть в глаза», – вспоминает Виктория Радченко.
Об инклюзии в школе
В 2014 году мальчик должен был пойти в школу. Комиссия не смогла собраться из-за острой ситуации в городе, поэтому Влад смог пойти в школу только через два года.
Школа для мальчика началась с индивидуального обучения, которое ему не очень нравилось: он тянулся к другим детям но, в тоже время, боялся их. На следующий год его перевели в инклюзивный класс.
Дети с аутизмом болезненно реагируют на обиды, поэтому рядом с ним всегда сидит учитель, чтобы в случае конфликтных ситуаций оказать ему психологическую поддержку, хотя Влад уже и сам не хочет этого. Он уже научился игнорировать оскорбления и стремиться показать, что ничем не отличается от других.
Любимый предмет Влада – математика. Ему нравятся занятия, требующие концентрации внимания: лепка из пластилина, настольные игры и музыка.
«Я была удивлена, когда он сам мне сыграл простую мелодию на фортепиано. Его никто не учил, он сам попробовал – и у него получилось», – говорит попаснянка.
О самостоятельности
Виктория считает, что главную роль в развитии ребенка играют именно родители, и эту ответственность они не должны перекладывать на кого-то другого – воспитателей, учителей. И нужно давать ребенку и определенную свободу.
«Если он все время будет ведомым, то он не сможет преодолеть какие-то трудности. Он должен что-то делать сам», – подчеркивает она в разговоре.
Уроки Влад делает самостоятельно. Ему нравится помогать своей маме по дому: готовить несложный завтрак, убирать в квартире, ходить за покупками. Это помогает ему чувствовать себя лучше.
В школу Владик ходит сам. После занятий семья любит прогуляться на свежем воздухе, посмотреть фильмы или мультики, а летом сходить искупаться в Парковском пруду. Владу нравится читать энциклопедии и смотреть телевизионные программы о путешествиях.
О том, что огорчает
Главное огорчение для Виктории – отсутствие путевок для реабилитации ее сына, которые бы предусматривали сопровождение. Одного его отпустить она не может.
Недостатком мама считает отсутствие детского психиатра и детского невропатолога в Попасной. Для консультации с такими специалистами ей приходится ездить в Лисичанск.
Несколько раз в неделю Влад посещает реабилитационный центр «Лелека». Это учреждение помогает ему развиваться, позволяет общаться с детьми, которым, как и ему, необходима постоянная поддержка. С ними занимается психолог, помогает справиться с разными социальными ситуациями. В 13 лет Влад уже не боится знакомиться и общаться с окружающими, делится с мамой своими эмоциями.
Устроиться на работу Виктория Радченко не может, ведь ей не с кем будет оставить своего сына. Она получает пособие на ребенка, но его не хватает. Помощь семье оказывает международный благотворительный фонд «Каритас».
Виктория хочет, чтобы сын стал поваром. И мечтает максимально социализировать его.
«Я верю, что у нас все получится. Все будет хорошо», – уверенно говорит Виктория Радченко.
Цей медіасеріал створено в межах Програми ООН із відновлення та розбудови миру за фінансової підтримки урядів Данії, Швейцарії та Швеції.
Програму ООН із відновлення та розбудови миру реалізують чотири агентства ООН: Програма розвитку ООН (ПРООН), Структура ООН з питань гендерної рівності та розширення прав і можливостей жінок (ООН Жінки), Фонд ООН у галузі народонаселення (UNFPA) і Продовольча та сільськогосподарська організація ООН (ФАО).
Програму підтримують дванадцять міжнародних партнерів: Європейський Союз (ЄС), Європейський інвестиційний банк (ЄІБ), а також уряди Великої Британії, Данії, Канади, Нідерландів, Німеччини, Норвегії, Польщі, Швейцарії, Швеції та Японії.
Екатерина Радионова
Корреспондент